yellowcross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS ~ фэндомные отыгрыши » Гляжусь в тебя, как в зеркало


Гляжусь в тебя, как в зеркало

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Ares1 & Aphrodite2
https://funkyimg.com/i/2Ze9F.gif

Гляжусь в тебя, как в зеркало
• • • • • • • • • •
Обычный пир богов на горе Олимп приводит к возникновению необычного союза.

Отредактировано Aphrodite (2019-12-03 23:40:58)

+1

2

Арес прибыл на пир едва ли не к его середине, вместе со своими постоянными спутницами богинями Энио и Эридой. Он никогда особо и не любил подобные сборища, где бог войны откровенно скучал, без возможности полностью выплеснуть свой неуправляемый потенциал энергии. Да и находиться в окружении родственников, большая половина из которых просто на дух не переносила, а вторая меньшая относилась отчужденно-нейтрально, как-то совсем не хотелось. Сложно сказать, где бы ему было лучше: в Тартаре, в окружении титанов, или на этом празднике жизни, на котором пировали бессмертные боги. Возможно, хуже обстояло только у Аида, которого побаивались практически все боги. И никто особо и не радовался его появлению на Олимпе, на который он приносил с собой запах тлена, всю мрачность и страх подземного царства, в котором души обычных смертных прозябали целую вечность. Отлична работенка, никому такую не пожелаешь.
Стоило Аресу оказаться в гуще событий, как шум пиршества стих на несколько секунд, но тут же вновь продолжился. Как и всегда, столы ломились от огромного количества нектара и амброзии. Воздух полностью пропитался восхитительными благоуханиями, выделяемые необычной красоты цветами, взращенными самой богиней Хлорис. Боги и богини рассредоточились по небольшим группам, и болтали о чем-то своем. Арес не горел желанием ни к кому присоединиться, потому и нашел себе укромный по его меркам угол, попутно прихватив с собой большой кубок с вином.
Арес чувствовал себя лишним на этом празднике жизни, но ничего не хотел менять в своем поведении. Он прекрасно знал, почему его недолюбливал отец, постоянно грозившийся сослать его навеки вечные в  Тартар – тюрьму для всех побежденных титанов. А бог войны просто не мог обуздать свой нрав, свою язвительную сущность, не пришедшая по душе никому из олимпийцев.
Зевс явно находился в очень приподнятом настроении, а Гера, наоборот, из этого можно было сделать вывод, что отец явно нашел очередное увлечение на стороне. Хотя с его прошлой пассии прошло не так, чтобы и много. Буквально месяц назад Зевс пытался пристроить свой член Европе, дочери финикийского царя. Так, что если что и вечно в это мире, так это похоть его любимого папашки. И бешеная ревность его не менее любимой мамашки.
Арес сделал большой глоток вина, ощутив, как начал постепенно расслабляться, и не так злобно смотрел на веселящихся богов. В конце концов, они прекрасно умеют проводит время, с беспечностью обсуждая смертных. В этом и была вся прелесть бессмертия.
Среди сонма богов взгляд бога войны выцепил  богиню любви Афродиту, которую он изредка замечал, но такого явного интереса не проявлял в виду того, что она была замужем за Гефестом. Этим угрюмым и не шибко разговорчивым кузнецом. В его обители, где он создавал оружие, Арес был всего лишь несколько раз, и признаться, там было жарче, чем в любой битве.
Арес поймал ее взгляд своим, но тут же перевел в другую сторону. Хорошенькая такая, ни один бог пытался залезть к ней под хитон. Как и по слухам ни один смертный. Видимо, ей тоже сейчас порядком успело надоесть это пиршество, раз на точеном лице можно было разглядеть только откровенную скуку.

+1

3

Пир богов шел полным ходом. То тут, то там слышались взрывы смеха, звучала веселая музыка, захмелевшие боги обменивались сальными шуточками, подслушанными у смертных. Гефест, нарочно сильно хромая, разносил кубки с вином олимпийцам, всякий раз он делал это так потешно, что боги хохотали до упаду. Все, кроме Афродиты. Она никогда не понимала это сомнительное развлечение – смеяться над ее супругом, который и так красотой не блистал, а тут еще и паясничал, ради того, чтобы развлечь небожителей. Зачем? Заметив, что он несет кубок Зевсу под одобрительные хлопки и дружный хохот, Афродита нахмурилась. В эту минуту она ненавидела их обоих – и Громовержца и своего благоверного.  Один делал из себя шута, другой это одобрял.
Афродита не любила Гефеста, и даже его доброе к ней отношение, переросшее в браке в глубокое сильное чувство, не тронуло ее сердца. Он баловал ее, создавал для нее удивительные волшебные украшения, окружал заботой, но богине любви этого было мало. Их брак она могла охарактеризовать одним словом «скука». Хорошо еще, что Гефест много работал, и большую часть времени она была предоставлена сама себе. Только вот на эти пиры приходилось ходить вместе с ним. И всякий раз он разносил богам вино, а они над ним смеялись. Дурацкая шутка.
- Афродита! – Дионис, который уже явно был навеселе, надел ей на голову венок из нежно-розовых цветов. – Пойдем с нами танцевать, у нас тут хоровод.
- Не хочу. – Богиня покачала головой. – Я лучше просто посмотрю на ваши танцы.
Она с удовольствием отвернулась от своего муженька, которому так нравилось быть всеобщим посмешищем. Иногда Афродите казалось, что Зевс устроил этот брак, чтобы отомстить ей за отказ в ласке. Она не хотела нажить себе такого могущественного врага, как Гера, и не ответила на его ухаживания.
Афродита смотрела какое-то время на танцующих, но ей это быстро надоело. Тогда она принялась рассматривать гостей этого пиршества, отмечая от скуки то новый наряд, то причудливую фибулу. Внезапно она встретилась взглядом с Аресом, и тут же поспешила отвести глаза. На Олимпе ходили слухи, что бог войны кровожаден, и любит только жестокие кровавые бои. И все это время она старательно обходила его стороной, считая чуть ли не дикарем. Зевс и Гера не особо жаловали сына, поэтому он даже на пирах всегда держался особняком, так что избегать его общества казалось не так уж и сложно. Впрочем, сегодня кое-что привлекло внимание Афродиты к нему. Он не смеялся вместе со всеми, когда Гефест разносил кубки с вином, кривляясь. Неужели тут есть еще кто-то, кому это не кажется смешным? Даже одна эта мысль уже позволила ей не чувствовать себя так одиноко. И она принялась незаметно рассматривать его, пытаясь найти подтверждение всем тем слухам, что о нем ходили на Олимпе.
Арес был отлично сложен, красив и внешне совсем не походил на кровожадного дикаря. Но дурная слава шла впереди него. Поэтому Афродита  поспешила отвернуться, прежде чем они снова встретились взглядами.
- Любезная женушка, возьми этот кубок с вином и выпей за отца нашего небесного – Зевса. – Прогрохотал над ухом Гефест. – Веселись, развлекайся, а мне пора в кузницу. – Добавил он уже тише, и Афродита вздохнула с облегчением. Наконец-то их семейство перестанет быть посмешищем на этом пиру, и она сможет тоже исчезнуть при первой возможности.
Афродита незаметно отодвинула кубок с вином, не желала она пить за Зевса, да еще с подачи своего супруга, и в этот момент вновь встретилась взглядом с Аресом.  Но на этот раз глаз не отвела, выдерживая эту маленькую дуэль до конца. Хоть она и боится его, не в ее правилах это показывать.

+1

4

Арес скучал, просто не мог найти себе компанию на этот, казалось бы дивный вечер, где практически все боги что-то праздновали. Ему совсем не хотелось вникать в эти подробности. Поводов у богов имелось множество. Иногда и вообще она не требовалась, чтобы закатить пир на Олимпе, о котором бы потом обычные смертные складывали легенды. Обычно на таких пирах, что-то да случалось. Кто-то в кого-то воткнул «случайно» трезубец, кто-то кого-то столкнул вниз  на земную твердь. И лишь тогда в этот момент Аресу не было скучно. Он мог с интересом разглядывать участников, даже делать ставки, если дело касалось жаркой драки.
Он сделал глоток вина, поставив практический пустой кубок рядом с собой. Настроение медленно, но верно поднималось вверх. И его уже практически не раздражали эти все божественные создания, большая часть из которых сейчас пустилась пляс подо что-то достаточно мелодичное и веселое,  издаваемое свирелью.  Его уже практически не раздражал Гефест, своим поведением больше смахивающий на какого-то пьяного сатира, чересчур выпившего перебродившего меда, чем на кузнечных дел бога. Возможно, хотел выслужиться перед своим отцом, пусть и таким вот образом. На его месте Арес бы никому не позволил так хихикать над собой, над своим дефектом. Наверное, потому его никто особо и не любил. Хоть и богу на это было плевать. Он прекрасно знал, что не будь Зевс его отцом, то сейчас бы не сидел здесь, на вершине Олимпа и не пировал вместе с остальными богами. Когда-то давным-давно Аресу доводилось бывать в Тартаре, и ему не особо и понравилось. Даже хуже, чем в подземельях у Аида, где земля иссохшая, а вокруг одни лишь души смертных. Так что да, Аресу как-то претило там заселиться на постоянное место жительства. Но менять свой характер он точно не хотел.
Таким уж он родился. Саркастичный, быстрый на язвительный ответ, скорый на драку, в которой можно пролить кровь соперника. Арес просто обожал подобные мероприятия в отличие от своей сестры Афины. Если Афина сравнима с водою морской, то Арес определенно сравним с ярким пламенем, горящим бесконечно долго. Они отличались, и смертные их разделяли на бога кровавой войны и богиню справедливой войны.
Арес вновь взглянул на Афродиту. Ту оставил ее благоверный муж, отправившись наверняка в свою кузницу. Гефест обычно долго не задерживался на пирах, вечно уходил на практически на середине или под завершение, чтобы вновь ковать оружие для богов. И Арес его в этом не винил. Гефест был слишком трудолюбив в отличие от праздных олимпийцев. Это надо же так гореть своей работой. И надо сказать, вещи выкованные им, были просто безупречными. Каким-то мечом, выкованным им, Арес пользовался до сих пор, и он ни разу еще не затупился.
Вечер обещал быть интересным. Но Арес явно не был настроен на то, чтобы приударить за какой-нибудь хорошенькой богиней, коих здесь было множество. Его взгляд столкнулся с взглядом Афродиты, и он просто не смог сразу отвести свой взгляд. Он должен был подойти к ней, возможно что-то такое сказать, и потом уйти с ней в ее же покои. Отличный план. Но Арес и не сдвинулся с места, а просто поднял кубок, в котором плескались остатки вина, отсалютовал в ее сторону и выпил напиток до дна.

+1

5

Афродита всегда была себе на уме. К тому же, она считала себя весьма могущественной богиней, ее чары распространялись не только на людей, но и на богов. И какие чары! Заставить кого-то влюбиться без памяти в другого человека. Ну, или не в человека. Или даже в самого себя. Да легко! Одним, так сказать, мановением руки. На это никто не способен, кроме нее, богини любви. Есть чем гордиться. И она гордилась. Царственно несла себя Афродита, где бы ни находилась. И так было всегда. Так отчего сейчас она чувствует себя, как девчонка, когда на нее смотрит Арес?
Вообще, среди олимпийцев репутация у бога войны была так себе. Все знали, что он – большой любитель сражений, и чем кровавей мясорубка на поле боя, тем лучше. «На войне как на войне» - точно про него. Эту неистовость Ареса недолюбливал Зевс, да и Гера относилась к сыну весьма прохладно. Афина вечно морщила нос при одном только упоминании Ареса. От того, видимо, бог войны всегда держался особняком (хоть и не похоже, чтобы он сильно от этого страдал).
Когда она стала бояться его? Афродита уже и не помнила. Возможно, ей кто-то нашептал, какой этот Арес жестокий и злой, и как он радуется кровавой сече. А, может, она сама так решила. Но факт оставался фактом, богиня боялась Ареса и старалась обходить его стороной. Потому что – ну где война и где любовь! Хотя нельзя не признать, что в сравнении с ее уродливым супругом, бог войны однозначно выигрывал. По крайней мере, внешне уж точно. «Зато Гефест добродушный», - думала Афродита, пытаясь утешить саму себя, но получалось плохо. Гефест любил ее, но был слишком зануден и фанатично предан работе, пропадал на ней целыми днями. Он прощал богине все ее любовные интрижки на стороне. Арес же явно не спустил бы ей с рук увлечение кем-то другим. «Стоп. Ну что за мысли такие дурацкие? Думать об Аресе, как о возлюбленном, это же… Глупо? Даже просто в фантазиях», - думала Афродита, стараясь больше не смотреть в сторону Ареса. Видимо, она так затосковала на этом пиру, что от скуки представляла себе самое невероятное.
В этот момент богиня заметила, как Арес отсалютовал ей кубком с вином. «Ну, вот! Доигралась! Не надо было так пялиться на него», - ругала себя Афродита, ей хотелось сквозь землю провалиться. Взгляд бога войны, обращенный в ее сторону, казался сейчас беспощадным. И она была пригвождена им, как мотылек. А Гефест уже ушел! Вот когда он нужен, его вечно нет рядом! Афродита негодовала про себя. Но в душе у нее уже зародилась искра интереса к этому мрачному богу. Ей многие оказывали знаки внимания, Арес к их числу никогда не относился. Вероятно, у него другие вкусы, вроде этих его гадких спутниц Эриды и Энио. По кровожадности они не уступали богу войны.
А тут вдруг что-то изменилось. Арес сам сделал первый шаг. К чему бы это? Хм… Может, ему от нее нужно что-то? Ну, там, наслать на кого-то любовные чары? Афродита уже знала, что не уйдет отсюда, пока все не выяснит. Потому что на скучном пиру это, пожалуй, единственная по-настоящему стоящая интрига.
Она даже обдумать все не успела, как уже отсалютовала Аресу кубком в ответ, и отпила глоток вина. Но этого богине любви показалось мало. Она поднялась со своего места и, под взглядами всех сидевших рядом богов, двинулась прямиком к Аресу.
- Приветствую тебя, грозный бог. Все ли битвы отгремели на сегодня? Или еще осталось что-то на сладкое? – С этими словами Афродита присела на скамью напротив Ареса. От накатившего вдруг страха ляпнула первое, что в голову пришло.
За спиной шептались. Ну и пусть. Богиня сохраняла на лице невозмутимое спокойствие. Ей не привыкать.

+1

6

Арес удивился, но виду не подал. Афродита, насколько он помнил, всегда отличалась какой-то взбалмошностью в своем поведении. И предугадать ее действия иногда не представлялось возможным. Еще минуту назад она сидела в окружении собственной свиты нимф, а сейчас уже перед ним, будто ничего особенно в этом не было. Арес сейчас бы сразу и не вспомнил, когда они последний раз перемолвились вообще хоть словом. Кажется, именно сегодня их взаимодействие было максимальным. Именно что от большой скуки бог войны отсалютовал ей, и возможно, от такой же скуки Афродита отзеркалила его действие. А потом и вовсе села напротив него. Интересно, что скажет ее горячо любимый муж на такой вот перфоманс?
- Сегодня, возможно, все, - ответил он ей несколько уклончиво, хотя мог бы и ответить распространено про свое любимое дело. Война – это то, о чем Арес мог говорить бесконечно. Не только о самой войне, но и обо всем, что было связано с этим словом. Подвиги, кровопролитие, множество смертей, возложенных на алтарь победы. Разве это не прекрасно?  - Хотя, быть может, и осталось.
Арес призадумался, пытаясь вспомнить о конфликте, который он мог пропустить. Совершенно случайно, потому что конфликты у смертных случались очень часто, к огромной радости Ареса. Но не во всех войнах он участвовал непосредственно, в некоторых хватало его спутниц – Эриды и Энио.  Так что, что-то он мог попросту упустить.
Аресу было все равно, что удивленные таким поворотом событий, боги и богини, несколько минут на них смотрели с нескрываемым недоумением, а после снова вернулись к пиршеству, не дождавшись ничего сверхъестественного, на что можно посмотреть. Дионис вновь пустился в пляс, захватив с собой несколько нимф из свиты Артемиды. Мелодия из свирели стала более игривой, отчего мало кто мог удержаться, чтобы не пойти и не потанцевать. Особенно, после нескольких кубков вина.
- А как у тебя идут на любовном поприще, многих успела влюбить? – Арес усмехнулся, задав ответный вопрос Афродите. На самом деле, уже изначально он не хотел ни с кем заводить здесь хоть какой-то диалог. Но, несмотря на кажущуюся простоту – любовь и все такое, Афродита могла стать неплохим союзником, возможно, когда-нибудь к ней придется обратиться, чтобы выполнить свой коварный план. Да и злить ее тоже себе дороже. Еще чего заставит влюбиться в какой-нибудь камень или морское чудовище, коих у Посейдона было тьма-тьмущая. Чарам богини любви могли противостоять лишь единицы. Даже Зевс не мог устоять. Он прекрасно помнил, что стало с беднягой Нарциссом, хотя само по себе, это выглядело довольно забавным. Нет ничего лучше, чем влюбиться по уши в себя. И это ему еще повезло. Мог бы полюбить быка или какого другого зверя. Богини на Олимпе отличались какой-то извращенной фантазией в плане мести простым смертным. Что его мать Гера, феерично расправляющаяся с любовными воздыханиями своего мужа, который никогда не был прочь ухлестнуть за кем-нибудь миловидным на лицо. – Я слышал про Нарцисса, неплохо, как по мне. Очень даже забавно. Самолюбование достигло нового уровня.

+1

7

Музыка зазвучала громче, голоса и смех богов тонули в калейдоскопе звуков. Кажется, на них уже никто не обращал внимания, но Афродите все равно было не по себе под беспощадными взглядами Ареса. Может, следовало принять приглашение Диониса и пойти танцевать? Или вообще уйти вместе с Гефестом, как приличная жена? Только вот… Никогда Афродита не была «приличной женой», кого она обманывает. И делала всегда, что хотела. И с кем хотела. С этими мыслями богиня любви гордо вскинула голову.
Сама эту кашу заварила. Самой теперь и разбираться. То есть, попытаться поддерживать светскую беседу, пока Арес не выйдет из себя. Или не уйдет. Или на что он там еще способен.
Но что это? Ей кажется, или бог войны как-то не очень уверенно отвечает ей? Афродита потупилась, напряженно улавливая каждую нотку в его голосе, стараясь разгадать тайный смысл каждой. «А он ведь и правда то ли смущен, то ли удивлен». Видимо, вечно нелюдимый Арес не ожидал, что на пиру к нему будет кто-то приставать с расспросами. А тут еще и сама богиня любви. Ну, казалось бы, что у них может быть общего? На первый взгляд, ничего. Но если подумать… Неистовая страсть венчала и любовь, и войну. Была их двигателем. Тем костром, на котором испокон веков горели влюбленные, и воины. От этих мыслей Афродита ощутила внутренний трепет. Арес уже не казался ей таким чуждым и непонятным.
- У меня? На любовном поприще? – Кажется, она и сама растерялась не меньше Ареса. И даже рассердилась. «Да он издевается!». Перед глазами встал уродливый Гефест, и богиня едва не скривилась, сразу не поняв сути вопроса. А когда поняла, лишь пожала плечами:
- Да, мы с Эротом сегодня славно поработали и даже перевыполнили план. Население Земли будет исправно плодиться и размножаться. А потом, глядишь, и воевать начнут за более плодородные земли и новые территории. Тебе на радость. – Богиня подмигнула Аресу и рассмеялась, правда, не очень весело. Перед глазами у нее все еще стоял Гефест, ее благочестивый муженек, и от этого хотелось пить вино - кубок за кубком. – Видишь, как мы близки? – Афродита понизила голос, как будто сообщала Аресу великую тайну. - Любовь  и война всегда идут рука об руку.
«Что я несу?». Но богиню было уже не остановить. В кои-то веки она решилась подойти к Аресу. И теперь не собиралась просто так замолчать снова на несколько столетий.
- А можно мне как-нибудь с тобой на поле боя побывать? – Прошептала Афродита, вкладывая в этот вопрос всю свою страстность, данную ей от природы. – Хочу увидеть кровопролитный бой во всей его неистовой красоте. Уверена, это так… так… Захватывающе.
«Ну, все. Афродите больше не наливать». Но странное дело. Вся эта болтовня вытесняла из ее головы образ нелюбимого супруга, с которым богиню связывал лишь долг. И больше ничего. Ирония судьбы: богиня любви сама в силу обстоятельств была лишена счастья в браке. Но с лихвой компенсировала это вне его в ходе многочисленных измен. И нет, ей за это было совершенно не стыдно.
- Так как, возьмешь меня в следующий раз с собой? – Афродита с самым невинным видом смотрела на Ареса из-под полуопущенных ресниц. И улыбалась нежно и в то же время соблазнительно, в лучших традициях богини любви, не привыкшей получать отказ.

+1

8

- Вижу, вижу, - кивнул Арес в знак согласия. Афродита сейчас была на редкость болтлива и  с явной охотой делилась своими размышлениями касающиеся любви и войны, две ипостаси, которые логически вообще не связаны на первый взгляд. Где война, на которой человеческая кровь льется рекой, и где любовь, этакое прекрасное чувство, связывающее не только людей, но и богов. Совершенно разные понятия. Но в чем богиня любви была и права, так это в том, что человеческие существа, какими бы они не были благородными с виду, всегда желали обладать большим, чем у них было на данный момент. Земли, золото и драгоценные камни, прекрасные женщины. Этого всегда было так мало. Смертные плодились, занимая  все больше и больше территорий, вместе с тем тесня своих соседей, если хватало на это сил. Или наоборот, их смещали с обжитых мест. И все это из года в год, с каким-то завидным постоянством. Менялась только территория, на которой случалась война. И, в принципе, больше ничего. – Никогда бы не подумал, что такое вообще может быть.
Арес и сам слегка захмелел от вина, от того сейчас находился в явно приподнятом настроении, и был весьма благодушен, в отличии от своего обычного состояния, когда бог войны изо всех сил пытался затыкать окружающих своей злой иронией и сарказмом.
- Где ты хочешь побывать? – Арес удивился, но виду не подал. Потому что слова Афродиты он явно воспринял со скепсисом. Чего только не творили от скуки бессмертные боги и богини. Вечность – она такая, как спираль, устремленная в бесконечном потоке времени. Это у смертных век короток, несколько десяток лет и все. Царство Аида ждало с распростертыми объятиями. Есть чему удивляться, есть чем поражать. А вот  у богов все по-другому. Ничто не течет, ничто не изменяется. Даже похождения Зевса стары как мир. Так что подобные просьбы больше смахивали на капризы, возникающие в голове и затухающие с такое же скоростью, с какой летал Гермес в своих крылатых сандалиях.   – Внезапно и очень неожиданно.
Афродита была уверенна, что кровопролитный бой – зрелище весьма захватывающее. Это на самом деле было так. Но с какой стороны вообще на это посмотреть. Арес же был уверен, что стоило бы богине оказаться в центре боевых действий, как она тут же бы сморщила свой прекрасный носик и пожелала бы немедленно удалиться. Ибо это не в морской пене нежиться на острове Крит. И вообще война – это не женское дело. Это, конечно, не относилось к его спутницам и его сестре Афине, которых он за женский пол особо и не воспринимал.
- Смотря, что мне за это будет, - уклончиво ответил Арес, усмехнувшись. Вообще, флиртовать бог войны особо и не умел, говоря порой все напрямик. Но настрой был на редкость игривый, так что олимпиец не мог не выдать что-то эдакое, чего сам от себя не ожидал. – Просмотр сражений не бесплатный. Чем будешь платить, прекрасная птичка? И я может, подумаю, брать тебя с собой или нет.
Арес рассчитывал на то, что услышав подобное Афродита откажется от своего желания. Тем лучше, не придется потом выслушивать, какая война на самом деле «гадость», как любили говорить большинство богинь с Олимпа.

+1

9

«Не такой уж он и страшный, каким всегда казался…. Вроде бы…», - подумала Афродита, глядя на бога войны. То ли сражения сегодня были особенно кровавыми, то ли вино пьянее, чем обычно, но Арес выглядел не таким суровым. Разговаривал с ней. На его лице отражались эмоции, и даже некоторое подобие улыбки. И в эти мгновения лицо его становилось таким… Таким… Красивым. Хм… Богиня любви была в замешательстве, слишком уж расходился привычный образ неистового и грозного Ареса с тем, кто сидел напротив нее. «Что происходит вообще?». Может, этот мелкий паскудник Эрот решил подшутить и навел на нее свой чудодейственный морок? А, может, она просто не хотела видеть очевидное и доверяла лишь своему бурному воображению? Уж если бог войны, так непременно страшный и кровожадный? Как бы там ни было, но Арес определенно вызывал у нее уже не только страх, но и интерес.
- Я не очень осведомлена, где сейчас идут битвы. Но, возможно, где-то на побережье Средиземного  моря. Слышала, что местные города то и дело подвергаются нападению флотилий ахейских и финикийских кораблей с восточного Средиземноморья. И под их стенами кипят весьма жестокие сражения. – Афродита в ложной задумчивости водила пальцем по кубку, украшенному драгоценными каменьями, повторяя его плавные линии. – Я хотела бы увидеть, как это происходит. Лязг оружия, крики, безумие войны, пьянящее чувство победы, горечь поражения и все такое. Ну, ты понимаешь…
Кротость в ее словах была лишь тонкой вуалью, скрывавшей истинную кипучую натуру Афродиты с ее страстностью, импульсивностью, желанием приключений и авантюр. Гефест с его вечной занятостью никогда не утруждал сорвать эту «вуаль», его вполне устраивала домашняя женушка с кротким скучающим взглядом, встречавшая его в чертогах их дворца. Если он и догадывался о ее изменах, то, скорее всего, не верил в них до конца. Разве может пуститься во все тяжкие такая лапушка? Конечно, нет! Это все наговоры завистников. Но если бог-кузнец ничего не видит дальше своего носа – его проблемы. Пусть продолжает работать шутом на Олимпе и разносить вино на пирах, на потеху остальным. А вот Арес – нечто другое. Интересное и потому притягательное.
И это сильнее страха.
- Отчего же неожиданно? Не зря ведь говорят, что человек истинно раскрывается в любви и на войне. Новый опыт – это всегда интересно. – Проворковала Афродита, улыбаясь. – К тому же, мне ничего не грозит, ведь я буду смотреть сражение из-за твоей широкой спины.
Она уже не скрывала своих чар, напротив, использовала их по полной. Что-то подсказывало ей – у них с Аресом гораздо больше общего, чем она думала. И почему бы это не проверить? Даже с точки зрения приобретения нового сильного союзника это весьма заманчиво. Не говоря уж об остальном. Богиня скользнула взглядом по могучей груди Ареса, его широким плечам, и тяжело сглотнула от своих порочных мыслей. «Я только побываю вместе с ним на сражении. И все», - пообещала себе Афродита.
- Не бесплатный? Ах, вот как.– Богиня любви рассмеялась, ее серебристый смех в последнее время звучал под этими сводами так редко, что другие боги невольно стали удивленно оглядываться и перешептываться. Но ей было плевать!
- За исполнение моего желания отплачу тебе исполнением твоего. – Афродита произнесла это торжественно, как и следует при заключении сделки. – Подарю тебе любовь самой прекрасной из женщин, которую ты только пожелаешь. – Подмигнула. – Соглашайся, это очень выгодное предложение.

+1

10

- Да они везде сейчас, - пожал плечами бог войны. Никогда бы и не подумал, что он вообще будет когда-либо обсуждать подобную тематику с богиней любви. Не просто коснуться в нескольких словах и оставить, но и дальше ее развивать, обсуждая, что и как творилось в мире обычных смертных. Арес несколько удивился и тому, что Афродита знала места, пусть и не все, где в настоящее время происходили военные конфликты. Афродита умела удивлять. – Не только по Средиземному морю. Но и в других местах тоже.
Он бы мог рассказать о тех местах, в которых бывал не так уж и давно, где песок красный от крови, где мертвых тел было так много, что ими можно устлать землю до горизонта. Но решил промолчать, уж больно каким-то нездоровым азартом загорелись глаза у Афродиты. А может действительно втянется в это дело?  И потом его самого обвинят в том, что он испортил богиню любви, сделав из нее какого-то монстра, который не сеял любовь, а раздор и вражду, с чем успешно справлялись Эрида и Энио. Получится такая внезапная конкуренция, виновником которой будет естественно Арес, хоть и не специально. Но свою очередную долю негатива он опять получит. Хоть ему и не привыкать.
- Понимаю, - олимпиец налил себе еще вина из кувшина. Афродита была редкость беспечна, то ли ей в голову вино ударила, то ли она была сама по себе такой. Арес не так уж и часто вообще разговаривал, чтобы понять всю ее суть. Вот с Афиной другое дело. С сестрой приходилось общаться чаще, чем хотелось бы на самом деле, их вечный диалог о самом главном всегда переходил в спор, и тут богов уже нельзя было остановить. С Афродитой же все иначе. Сейчас она напоминала маленькую девочку, которой вроде бы и обещали что-то показать, нечто интригующее, что могло бы ее поразить, но еще не знаю, насколько это ее может поразить. – Из-за моей широкой спины? Неплохо придумано. Ты просто гений стратегий.
Арес хмыкнул, сделав большой глоток вина. И чего только ей не хватало в жизни? Соединяла бы сердца смертных в любовной схватке, да не лезла бы в войну, будто это какое-то развлечение, сродни тому, как заставить влюбить человека в быка или в самого себя. Чтобы сказала на это Афина? Наверняка, прочитала бы самую настоящую лекцию о том, что война – это не развлечение. Тут люди погибают. Но Арес и сам лукавил. Для него война – самое настоящее развлечение, которому он отдавал полностью всего себя, превращая обычную местечковую заварушку благодаря стараниям Энио в самое настоящее побоище.
- Ну да, - раз уж придется ее прикрывать своей широкой спиной, то и плата должна быть соответствующей. Он вообще до последнего момента меньше всего хотела связываться с такими внезапными желаниями Афродиты. Вполне возможно, что сейчас она захочет одно, а потом просто передумает со свойственной ей беспечностью. – Хорошо, раз ты обещаешь любовь самой прекрасной женщины… То как насчет тебя? Ты же самая красивая.
Арес, если честно, рассчитывал на отказ, одновременно, скинув с себя такое непредвиденное желание Афродиты посетить место битвы. Когда ему еще за ней смотреть? Но в то же время попытка не пытка. Афродита считалась одной из самых красивых богинь, коих на Олимпе не так уж много. Гера, Артемида, Персефона, возможно, Афина (хотя он бы никогда не посмотрел даже в ее сторону). Так что почему бы и нет? Богу войны было наплевать, что у той имелся муж. Гефест постоянно торчал в своей кузнице, не замечая, как растут его рога, конкурируя только с рогами благородных оленей.

+1

11

Афродита поклясться была готова, что во взгляде Ареса появилось нечто, похожее на интерес. Обычно он если и смотрел в ее сторону, то совершенно бесстрастно и даже холодно, как будто даже мысли не допускал о том, что им есть о чем поговорить. Да и она, впрочем, никогда особо не думала об этом. А оно вон как, оказывается. Стоило им только начать разговаривать друг с другом, как Афродита ощутила притяжение. Арес привлекал ее своей силой и опасностью. Она была почти уверена, что за этим панцирем невозмутимости и немногословности скрывается страстная натура, которая в полной мере проявляется лишь в военных сражениях, да еще, возможно, на любовном ложе.
«Я только побываю вместе с ним на сражении. И все», - продолжала внушать себе богиня. Хм. А что там у него с личной жизнью? Афродита не помнила, чтобы Арес был замечен в каких-то громких любовных скандалах. Может, у него роман с Эридой или Энио? Или даже сразу с обеими. Они же единомышленники и все такое. Хотя, крутить любовь с этими унылыми сушеными селедками, которые ненавидят все и вся – себя не уважать. Афродита надеялась, что у Ареса вкус все же получше будет. Нужно разузнать, кто по ночам греет ему ложе. Хотя, зачем это ей? Она же хочет только посмотреть сражение, стоя рядом с ним на каком-нибудь холме. А потом они разойдутся, как в море корабли, и станут лишь вежливо кивать друг другу на пирах. Все было хорошо и правильно, только отчего-то эта мысль приводила богиню любви в уныние. Хотя бы потому, что их сегодняшний разговор она запомнит надолго. Арес оказался совсем не таким, как она себе напридумывала. А его семейка – просто идиоты, что даже не пытаются сблизиться с ним. Они, видите ли, недовольны, что он слишком кровожаден. Но бог войны вряд ли станет развлекаться, нюхая розы.  Скорее уж пойдет в битве поучаствует. Что же до Афродиты, ее кровожадность Ареса нисколько не пугала. Ее отчего-то сейчас вообще ничего не пугало. Пока он был рядом. И смотрел на нее заинтересованно.
Гений стратегий? Это комплимент или ирония? Богиня прищурилась недоверчиво, пытаясь уловить подвох. Но ничего оскорбительного для себя так и не нашла. Да даже если Арес и подтрунивает над ней, не беда. Это часть его натуры, и Афродита принимала его таким, какой он есть.
- В лабиринтах любви без хорошей стратегии никуда. Один неверный шаг, и… все пропало. Последствия могут оказаться непредсказуемыми. Так что приходится быть стратегом. – Проговорила богиня.
«А уж когда мужу изменяешь, без продуманной стратегии вообще не выжить», - подумала Афродита, но вслух этого произносить, конечно, не стала.
«Ты же самая красивая». А вот это уже комплимент! Стоп. Что?! Богиня замерла, запоздало осознавая сказанное Аресом. Он желает заполучить ее? Ну, и дела. Предлагая богу войны исполнить его желание в виде прекраснейшей из женщин, она имела в виду людей. Люди всегда были лишь пешками у богов. Их игрушками. Зевс вон вообще уже не одну человеческую женщину обрюхатил, чем всякий раз приводил в неописуемую ярость Геру. Но Арес все понял по своему, и развернул дело так, как удобно ему. Богиня ведь тоже женщина. С этим не поспоришь. Афродита прикусила губу, ощущая, что попала в западню, которую сама же и создала, а бог войны просто умело этим воспользовался.
- Пойдем потанцуем. – Предложила Афродита, решив, что прежде чем дать ответ, неплохо бы оказаться лицом к лицу, максимально близко друг к другу.

+1


Вы здесь » yellowcross » THE ELDER SCROLLS ~ фэндомные отыгрыши » Гляжусь в тебя, как в зеркало


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC